Skip to content

Страницы истории декабризма (комплект из 2 книг) М. К. Азадовский

У нас вы можете скачать книгу Страницы истории декабризма (комплект из 2 книг) М. К. Азадовский в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Этим объясняется, по мнению авторов этих концепций, интерес Пушкина к народам Кавказа, к цыганам и молдаванам, к поэзии славян, — в этом же плане следует, с этой точки зрения, рассматривать и интерес Пушкина к русскому фольклору и русской народности, с которой вплотную он познакомился во время вынужденного своего пребывания в Михайловском.

Однако такие объяснения в корне порочны. Стремление Пушкина к народности не имеет ничего общего с экзотизмом; оно является скорее его преодолением и историческим осмыслением; фольклоризм Пушкина неразрывно связан с его историзмом. Чем более задумывался он над проблемами истории, тем более настойчиво вставали перед ним проблемы фольклора. Вместе с тем фольклор в сознании Пушкина был неразрывно связан с вопросами языка.

Отстаивание прав просторечия у Шишкова было связано с его общей шовинистическиохранительной позицией: Но поборниками народного языка выступали и декабристы, рассматривая его в одном ряду с памятниками подлинной народной поэзии.

Отстаивание литературных прав просторечия входило в канон эстетики декабризма и органически включалось в его борьбу за революционный. На всем протяжении первой трети XIX века вопрос о просторечии выступает существеннейшим компонентом в разработке: Это обусловило и повышенный интерес к его изучению, особой обострившийся в связи с общим интересом к народным древностям и старинному быту народа.

В начале века изучение народного языка, собирание и публикация областных слов идут параллельно с изучением народной словесности, иногда даже опережая последнее. Наиболее энергичным пропагандистом изучения народного языка и ревностным собирателем диалектологических материалов был М.

Но одновременно звучали и другие суждения: Наконец, бралась под сомнение самая необходимость и польза усиленного собирания и публикации диалектологических материалов. Требовал осторожности в пользовании областями словами и Сомов. Лажечникова в Саратовской и Пензенской губ. Симони дать полный обзор и свод ранних диалектологических записей П.

Симони, Русский язык в его наречиях и говорах, вып. I, СПБ, осталась, к сожалению, незавершенной. Вопрос о просторечии для него лишь органическая часть общего вопроса —о народной словесности в целом. Известные его высказывания о сказках и их языке, его советы молодым писателям прислушиваться к речи простолюдинов и просвирен, учиться на сказках русскому языку и т.

Дух народа, его историческое формирование, система его мыслей проявляются не только в созданиях его творчества, но и в самом языке. Характерно, что Пушкин один из первых понял необходимость при записи сказок и песен сохранять наиболее характерные особенности говора 2. Чрезвычайно интенсивна была и собирательская деятельность Пушкина.

К середине х годов у него составилось небольшое, но довольно разнообразное собрание сделанных им записей. Он записал в подробных конспектах, с сохранением многих подлинных выражений ряд сказок от Арины Родионовны; в Михайловском же записал несколько исторических песен в том числе и песню об Аракчееве , большое количество лирических и свадебных песен все эти записи приведены в изд.

Булаховский, Русский литературный язык первой половины XIX века т. В последнем труде подробно освещен и вопрос об отношении Пушкина к просторечию. Пушкин совместно с С. Соболевским задумывает издать сборник народных песен. Этот замысел еще не освещен с достаточной полнотой 1 в литературе, и о нем можно судить только по некоторым намекам и скудным упоминаниям в письмах и мемуарах того времени.

На основании имеющегося материала можно думать, что задача издания рисовалась по-разному тому и другому: Соболевский больше интересовался изданием образцового песенника, Пушкин же думал о научном издании и очень серьезно готовился к этой задаче; так, в частности, он занимался сличением и упорядочением вариантов напечатанных ранее песенных текстов.

Киреевский, вплотную уже приступивший к собиранию песен, предлагал даже в г. Он намечал путь развития исторических песен, строго отделял от древних исторических песен позднейшие солдатские, выделял казацкие и намечал основную тематику каждого раздела. Наконец, видное место в этом эскизе занимали вопросы поэтики: Помимо этого плана вернее, чернового наброска к плану , сохранился еще один отрывок, назначение которого еще не вполне выяснено.

Бонди полагает, что это набросок начатой Пушкиным статьи по истории русской. Имя известного друга Пушкина, Сергея Александровича Соболевского — , вообще выпало из истории русской фольклористики, между тем ему принадлежит в ней определенное место, размеры которого еще недостаточно учтены.

Соболевский чрезвычайно интересовался народной поэзией и обладал замечательным собранием печатных и рукописных песенников; в частности, он приобрел собрание песенников Сопикова и составленный им сводный сборник песен. Этот сборник Соболевский позже предоставил в распоряжение П. К изданию сборника совместно с Пушкиным Соболевский готовился очень тщательно. В декабре г. Но возможно, что этот план как-то связан и с планом статьи о русских песнях.

Во всяком случае, данный отрывок программа статьи вскрывает, как правильно и отчетливо понимал Пушкин основные проблемы, связанные с сущностью и развитием народной поэзии. Из этих строк явствует, что Пушкин противопоставлял пути русского фольклора и пути древней литературы.

Последняя была замкнута и изолирована, первый обнаруживает культурные связи русского народа. Это противопоставление очень знаменательно и значительно опережает свое время. Для современников Пушкина было обычным сближение и смешивание этих стихий, что было вполне естественно при архаическом понимании сущности народной поэзии. Замечательна по своему предвосхищению позднейших научных взглядов мысль Пушкина об иноземных элементах в русском фольклоре.

Присутствие этих чуждых элементов в русском фольклоре ничуть не смущает Пушкина и не кажется ему нарушающим подлинную народность фольклора.

С точки зрения Пушкина, эти иноземные элементы дают возможность еще более ясно выразить национальную сущность фольклора. В плане Пушкина так набросано: Литературная практика Пушкина стоит в неразрывной связи с теоретическими воззрениями на народную поэзию, ее сущность и значение. Фольклор привлекает Пушкина не своей археологической стороной, но стороной действенной, своей живой связью с народом, с современностью.

Этот момент особенно для него дорог. Фольклор для Пушкина, как и для Радищева, является самовыражением народа и формой национального самосознания. Связь литературы с фольклором представляется особенно важной потому, что последний вносит в нее подлинные черты народности. В ряде заметок Пушкин прослеживает пути развития ве-. Эту систему воззрений на фольклор можно охарактеризовать как реалистическую концепцию фольклора.

Она решительно противостоит тому пониманию, которое устанавливали немецкие pомантики и любомудры. Идеализация старины и средневековья, культ примитивизма, религиозные тенденции — эти основные элементы германского фольклоризма — были совершенно чужды Пушкину. Романтикам даже поэзия Гете представлялась менее значительной, чем какая-нибудь старинная мифология, для Пушкина же творчество великих писателей — высший пункт развития тех начал, которые выражены в фольклоре.

Так, Пушкин подчеркивает, что из драмы, родившейся на площади, вышли Вега, Кальдерой, Шекспир. В этом отрицании идей германского фольклоризма Пушкин смыкается с теми прогрессивными тенденциями, которые были выражены в фольклоризме Байрона и французского романтизма. Фольклоризм Пушкина формировался в атмосфере революционных тенденций декабризма. Это и обусловило особое место пушкинского фольклоризма не только в истории русской литературы, но и в истории науки о фольклоре.

Тем, кто искренне или цинично солидаризовался с властью, было легче жить — оттого их было так много. Но те, о которых мы говорим, продолжали жить по принятым режимом правилам, постоянно обманывая себя, воображая, что избегают его мерзостей.

На самом же деле грань, отделявшая нашу внутреннюю духовную независимость от примитивного конформизма, от прямого участия в этих мерзостях, была так тонка и хрупка, что, нередко, сделав какой-то, казалось, совершенно независимый шаг, мы оказывались в тенетах власти, на ее стороне. В моей жизни не раз были такие ситуации. И рассказывая о ней, я пытаюсь не скрывать ни от себя, ни от — надеюсь — будущего читателя и те случаи, когда я оказывалась активным участником манипуляций власти с культурой под давлением непреодолимых обстоятельств, и те, когда я так поступала по собственной воле, считая тот или иной шаг справедливым.

Не знаю, насколько это мне удастся [6]. Я, к сожалению, в городе все лето — так сложились обстоятельства. Вам же желаю и отдыха, и успехов. Это письмо — своего рода кредо, способное пробудить отклик в каждом, кому сегодня за тридцать. С категорическими суждениями Сарры Владимировны можно согласиться полностью, частично или не согласиться вовсе.

Но к ним нельзя не прислушаться. Мне думается, что знакомство с мемуарными очерками, посвященными М. Азадовскому, лишь обострило размышления Сарры Владимировны над тем, что ее тогда тревожило и волновало, и она просто воспользовалась случаем, чтобы изложить на бумаге, прочертить пунктиром несколько своих выстраданных мыслей, которые вольются затем в ее собственные воспоминания. Проблема, затронутая в публикуемом письме, — болевая точка в сознании многих далеко не всех, разумеется бывших советских граждан.

Тем более — архивист-историк, ясно понимающий, что такое записки современника и очевидца. Она обозначила эту тему предельно точно и судила в том числе и саму себя без обиняков: Об этой книге см.: Конец сюжета Вокруг архива М. Русский толстый журнал как эстетический феномен. Белкина Страница Литературной премии им.

Привожу полный текст этого письма: Тут важно не преувеличивать свою конфликтность с режимом. Но эта тема слишком далеко бы нас завела. Просто хотелось показать общую тенденцию. Контакты По всем вопросам обращаться к Сергею Костырко Адрес для писем: