Skip to content

Снежные ветры Сергей Есенин

У нас вы можете скачать книгу Снежные ветры Сергей Есенин в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Бабушка-старушка Из окна глядит. Внукам-шалунишкам По колено снег. Весел ребятишкам Быстрых санок бег… Бегают, смеются, Лепят снежный дом, Звонко раздаются Голоса кругом… В снежном доме будет Резвая игра… Пальчики застудят, — По домам пора!

Завтра выпьют чаю, Глянут из окна — Ан уж дом растаял, На дворе — весна! Снежок порхает, кружится, На улице бело. И превратились лужицы В холодное стекло.

Где летом пели зяблики, Сегодня — посмотри! Снежок изрезан лыжами, Как мел, скрипуч и сух, И ловит кошка рыжая Веселых белых мух. Зимним холодом пахнуло На поля и на леса. Ярким пурпуром зажглися Пред закатом небеса.

Ночью буря бушевала, А с рассветом на село, На пруды, на сад пустынный Первым снегом понесло. И сегодня над широкой Белой скатертью полей Мы простились с запоздалой Вереницею гусей. Мороз и солнце; день чудесный!

Еще ты дремлешь, друг прелестный — Пора, красавица, проснись: Открой сомкнуты негой взоры Навстречу северной Авроры, Звездою севера явись! Вечор, ты помнишь, вьюга злилась, На мутном небе мгла носилась; Луна, как бледное пятно, Сквозь тучи мрачные желтела, И ты печальная сидела — А нынче… погляди в окно:.

Под голубыми небесами Великолепными коврами, Блестя на солнце, снег лежит; Прозрачный лес один чернеет, И ель сквозь иней зеленеет, И речка подо льдом блестит. Вся комната янтарным блеском Озарена. Веселым треском Трещит затопленная печь. Приятно думать у лежанки. Скользя по утреннему снегу, Друг милый, предадимся бегу Нетерпеливого коня И навестим поля пустые, Леса, недавно столь густые, И берег, милый для меня.

Мороз трескучий, На небе ни единой тучи; Как шитый полог, синий свод Пестреет частыми звездами. В домах все тёмно. У ворот Затворы с тяжкими замками. Везде покоится народ; Утих и шум, и крик торговый; Лишь только лает страж дворовый Да цепью звонкою гремит.

И вся Москва покойно спит…. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.

Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи. Например, 50 рублей в месяц — это много или мало? Для семейного бюджета — немного. Для Правмира — много. Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. Ранним Пасхальным утром, 18 апреля года в Оптиной Пустыни мученическую кончину приняли трое насельников обители. Для посещения кладбища Церковь назначает специальный день — Радоницу от слова радость — ведь праздник Пасхи продолжается и….

Ежедневное интернет-издание о том, как быть православным сегодня. Помочь Правмиру Подписаться на рассылку. Счастья много не бывает. Навигация Новости Документы Аналитика и комментарии. Православные молитвы, молитвы святым, утренние и вечерние молитвы Поминовение усопших Икона: Жизнь после смерти Про смелых и больших людей Православная кухня Постные блюда Блиц-опрос. Наука и вера Философия. Фото Видео Аудио Медиа-статьи. Стихи про зиму Редакция портала "Православие и мир" 14 февраля г.

Белый снег, пушистый в воздухе кружится И на землю тихо падает, ложится. И под утро снегом поле побелело, Точно пеленою все его одело. Темный лес что шапкой принакрылся чудной И заснул под нею крепко, непробудно… Божьи дни коротки, солнце светит мало, Вот пришли морозцы — и зима настала.

Труженик-крестьянин вытащил санишки, Снеговые горы строят ребятишки. Уж давно крестьянин Ждал зимы и стужи, И избу соломой он укрыл снаружи. Чтобы в избу ветер Не проник сквозь щели, Не надули б снега вьюги и метели. Он теперь покоен - все кругом укрыто, И ему не страшен злой мороз, сердитый.

А воробушек, пташка малая, Пташка малая, неразумная, От метелюшки хочет спрятаться, Хочет спрятаться, да не знает, как. И кружит его ветер по небу, И несет его в чисто полюшко, С косогора, в сумрак бора… Горюшко горькое, Бедная пташечка! Вьюга стонет, тучи гонит — Спрятала все пути, Чтоб не пройти. Все кругом бело — снегом замело, Снегом замело все кругом…. Кто рисует так искусно, Что за чудо-фантазеры, Ледяной рисунок грустный: Реки, рощи и озера?

Кто нанес орнамент сложный На окно любой квартиры? Это все один художник. Это все его картины. Порезвясь в широком поле И устав в лесу скитаться, Дед Мороз от скуки, что ли, В теплый дом решил забраться. Но испуганные люди Дверь держали на запоре, И Морозко — будь что будет - Сквозь окно полез к ним вскоре. Но и там была преграда - В окнах стекла были всюду, И Морозко от досады Навредить решился людям. Он прикинул хитрым оком, Кисти взял, белил, эмали - И к утру все стекла окон Света в дом не пропускали.

Заготовила зима Краски все для всех сама. Полю — лучшие белила, Зорям — алые чернила. Всем деревьям — чистые блестки серебристые. А на улице — ребят разукрасила подряд. Как художник, красит разным: Кто боится шевелиться — краска синяя годится. Ни за что не выпросить по-другому выкрасить! До марта скованы пруды, Но как теплы дома! В сугробы кутает сады Заботливо зима. Снег осыпается с берез В дремотной тишине. Картины летние мороз Рисует на окне.

И превратились лужицы В холодное стекло. Снежок изрезан лыжами, Как мел, скрипуч и сух, И ловит кошка рыжая Веселых белых мух. Зимним холодом пахнуло На поля и на леса. Ярким пурпуром зажглися Пред закатом небеса. Ночью буря бушевала, А с рассветом на село, На пруды, на сад пустынный Первым снегом понесло.

Уолтер Де ла Мэр. До чего ж силен и весел! Шапки снежные развесил Небывалой красоты На ограды и кусты. Там, где летнею порою В маргаритках нежный луг, Нынче снежной пеленою Затянуло все вокруг. В ожидании восхода Под огромною луной Блещет, искрится природа Серебром и сединой. Все покрыли белым цветом Ветер, вьюга и мороз. Отчего ж зимой — не летом - У меня краснеет нос? Снег кружится, Снег ложится - Снег! Рады снегу зверь и птица И, конечно, человек! На морозе мерзнут птички, Выпал снег — упал мороз!

Кошка снегом моет нос. У щенка на черной спинке Тают белые снежинки. Тротуары замело, Все вокруг белым-бело: Хватит дела для лопат, Для лопат и для скребков, Для больших грузовиков. Ветер на терраске, Холодно в коляске! Он сидит, едва дыша, В телогрейке пёстрой.

Как на полюс, малыша Снарядили сестры. Воздух лёгок и чист, И замёрзла река. Просим милости к нам Песни севера петь По лесам и степям. Есть раздолье у нас, — Где угодно гуляй: Строй мосты по рекам И ковры расстилай. Нам не стать привыкать, - Пусть мороз твой трещит: Наша русская кровь На морозе горит! На небе месяц — и ночная Еше не тронулася тень, Царит себе, не сознавая, Что вот уж встрепенулся день,- Что хоть лениво и несмело Луч возникает за лучом, А небо так еще всецело Ночным сияет торжеством.

Но не пройдет двух-трех мгновений, Ночь испарится над землей, И в полном блеске проявлений Вдруг нас охватит мир дневной….

Под небом мертвенно-свинцовым Угрюмо меркнет зимний день, И нет конца лесам сосновым, И далеко до деревень. Один туман молочно-синий, Как чья-то кроткая печаль, Над этой снежною пустыней Смягчает сумрачную даль.

Не спи, пораньше встань, Коньки скорей достань. Примерзло солнышко ко льду, Я на каток с утра иду. И щиплет больно нос Сердитый Дед Мороз. Снежки стремительно летят — Никто не трусит из ребят. И вспыхнул жаркий бой, Хоть мы друзья с тобой. Пришла веселая зима — Кругом снежинок кутерьма. Не спи, пораньше встань. Все озеро во льду, Деревья серебрятся, И все вокруг в снегу, А я пойду кататься. На лыжах я спущусь С крутой горы скорее, На санках прокачусь, И, падая, согреюсь. Как зиму я люблю!

Быть может, это странно. Есть времена в году, Где дождь идет нежданно. Когда грибы растут, И набухают почки. Когда цветут в саду Красивые цветочки. Пусть холодно, но все же Румяней, веселей, На праздник так похоже! Я шел зимою вдоль болота В галошах, в шляпе и в очках. Вдpyг по pеке пронесся кто-то Hа металлических крючках. Я побежал скорее к речке, А он бегом пустился в лес, К ногам приделал две дощечки, Присел, подпpыгнyл и исчез.

И долго я стоял y речки, И долго думал, сняв очки: Белым снегом нас покрыло: И деревья и дома. Свищет ветер легкокрылый - Здравствуй, зимушка-зима! Вьется след замысловатый От полянки до холма. Это заяц напечатал - Здравствуй, зимушка-зима! Мы для птиц кормушки ставим, Насыпаем в них корма, И поют пичуги в стаях - Здравствуй, зимушка-зима!

Снежная баба от стужи синяя. Ни обеда не ест, ни ужина. Снежная баба, ты простужена? С синею стужей живу я дружно. Что может быть лучше мороза да инея? Вокруг меня веселье, ребячий шум и крик. Сегодня новоселье справляет Снеговик. Ведёрко на головке, Отличный нос морковкой. Всю зиму за порядком я во дворе слежу. Глазами-угольками по сторонам гляжу. Чтоб было больше толку, Мне дворник дал метёлку!

Пусть лето не приходит в мой дворик никогда. Мне лучше для здоровья снега и холода. Вот только снежной Бабой Дразнить меня не надо! Мои санки едут сами, Без мотора, без коня, То и дело мои санки Убегают от меня. Скрип шагов вдоль улиц белых, Огоньки вдали; На стенах оледенелых Блещут хрустали. От ресниц нависнул в очи Серебристый пух, Тишина холодной ночи Занимает дух. Ветер спит, и все немеет, Только бы уснуть; Ясный воздух сам робеет На мороз дохнуть. И хотя я не был на Босфоре - Я тебе придумаю о нем.

Все равно - глаза твои, как море, Голубым колышутся огнем. Ну, целуй меня, целуй Ну, целуй меня, целуй, Хоть до крови, хоть до боли. Не в ладу с холодной волей Кипяток сердечных струй. Опрокинутая кружка Средь веселых не для нас. Понимай, моя подружка, На земле живут лишь раз! Оглядись спокойным взором, Посмотри: Песню тлен пропел и мне. Видно, смерть мою почуял Тот, кто вьется в вышине. До кончины губы милой Я хотел бы целовать. Чтоб все время в синих дремах, Не стыдясь и не тая, В нежном шелесте черемух Раздавалось: И чтоб свет над полной кружкой Легкой пеной не погас — Пей и пой, моя подружка: На земле живут лишь раз!

О Русь, взмахни крылами О Русь, взмахни крылами, Поставь иную крепь! С иными именами Встает иная степь. В руках — краюха хлеба, Уста — вишневый сок. И вызвездило небо Пастушеский рожок. За ним, с снегов и ветра, Из монастырских врат, Идет, одетый светом, Его середний брат. Монашьи мудр и ласков, Он весь в резьбе молвы, И тихо сходит пасха С бескудрой головы.

А там, за взгорьем смолым, Иду, тропу тая, Кудрявый и веселый, Такой разбойный я. Долга, крута дорога, Несчетны склоны гор; Но даже с тайной бога Веду я тайно спор.

Сшибаю камнем месяц И на немую дрожь Бросаю, в небо свесясь, Из голенища нож. За мной незримым роем Идет кольцо других, И далеко по селам Звенит их бойкий стих.

Из трав мы вяжем книги, Слова трясем с двух пол. И сродник наш, Чапыгин, Певуч, как снег и дол. Сокройся, сгинь ты, племя Смердящих снов и дум! На каменное темя Несем мы звездный шум. Довольно гнить и ноять, И славить взлетом гнусь — Уж смыла, стерла деготь Воспрянувшая Русь. Уж повела крылами Ее немая крепь! Опять раскинулся узорно Над белым полем багрянец, И заливается задорно Нижегородский бубенец.

Под затуманенною дымкой Ты кажешь девичью красу, И треплет ветер под косынкой Рыжеволосую косу. Дуга, раскалываясь, пляшет, То выныряя, то пропав, Не заворожит, не обмашет Твой разукрашенный рукав. Уже давно мне стала сниться Полей малиновая ширь, Тебе - высокая светлица, А мне - далекий монастырь. Там синь и полымя воздушней И легкодымней пелена.

И знаю я, мы оба станем Грустить в упругой тишине: Я по тебе - в глуxом тумане, А ты заплачешь обо мне. Но и поняв, я не приемлю Ни тиxиx ласк, ни глубины.

Глаза, увидевшие землю, В иную землю влюблены. Иванову Тихо в чаще можжевеля по обрыву. Осень, рыжая кобыла, чешет гривы. Над речным покровом берегов Слышен синий лязг ее подков. Схимник-ветер шагом осторожным Мнет листву по выступам дорожным И целует на рябиновом кусту Язвы красные незримому Христу.

Отговорила роща золотая Березовым, веселым языком, И журавли, печально пролетая, Уж не жалеют больше ни о ком. Ведь каждый в мире странник - Пройдет, зайдет и вновь покинет дом. О всех ушедших грезит конопляник С широким месяцем над голубым прудом. Стою один среди равнины голой, А журавлей относит ветром в даль, Я полон дум о юности веселой, Но ничего в прошедшем мне не жаль. Не жаль мне лет, растраченных напрасно, Не жаль души сиреневую цветь.

В саду горит костер рябины красной, Но никого не может он согреть. Не обгорят рябиновые кисти, От желтизны не пропадет трава, Как дерево роняет тихо листья, Так я роняю грустные слова.

И если время, ветром разметая, Сгребет их все в один ненужный ком Мы умираем, Сходим в тишь и грусть, Но знаю я — Нас не забудет Русь. Любили девушек, Любили женщин мы — И ели хлеб Из нищенской сумы. Но не любили мы Продажных торгашей. Планета, милая,— Катись, гуляй и пей. Мы рифмы старые Раз сорок повторим. Пускать сумеем Гоголя и дым. Но все же были мы Всегда одни. Мой милый друг, Не сетуй, не кляни! Вот умер Брюсов, Но помрем и мы,— Не выпросить нам дней Из нищенской сумы.

Но крепко вцапались Мы в нищую суму. Есенина на этом сайте. Колокол дремавший Разбудил поля, Улыбнулась солнцу Сонная земля. Понеслись удары К синим небесам, Звонко раздается Голос по лесам. Скрылась за рекою Белая луна, Звонко побежала Резвая волна.

Тихая долина Отгоняет сон, Где-то за дорогой Замирает звон. Утром в ржаном закуте, Где златятся рогожи в ряд, Семерых ощенила сука, Рыжих семерых щенят. До вечера она их ласкала, Причесывая языком, И струился снежок подталый Под теплым ее животом.

А вечером, когда куры Обсиживают шесток, Вышел хозяин хмурый, Семерых всех поклал в мешок. По сугробам она бежала, Поспевая за ним бежать И так долго, долго дрожала Воды незамерзшей гладь.

А когда чуть плелась обратно, Слизывая пот с боков, Показался ей месяц над хатой Одним из ее щенков. В синюю высь звонко Глядела она, скуля, А месяц скользил тонкий И скрылся за холм в полях.

И глухо, как от подачки, Когда бросят ей камень в смех, Покатились глаза собачьи Золотыми звездами в снег. Вот она, суровая жестокость, Где весь смысл — страдания людей!

Режет серп тяжелые колосья Как под горло режут лебедей. Наше поле издавна знакомо С августовской дрожью поутру. Перевязана в снопы солома, Каждый сноп лежит, как желтый труп. На телегах, как на катафалках, Их везут в могильный склеп — овин.

Словно дьякон, на кобылу гаркнув, Чтит возница погребальный чин. А потом их бережно, без злости, Головами стелют по земле И цепами маленькие кости Выбирают из худых телес. Никому и в голову не встанет, Что солома — это тоже плоть!.. Людоедке-мельнице — зубами В рот суют те кости обмолоть И, из мелева заквашивая тесто, Выпекают груды вкусных яств Вот тогда-то входит яд белесый В жбан желудка яйца злобы класть.

Все побои ржи в припек окрасив, Грубость жнущих сжав в духмяный сок, Он вкушающим соломенное мясо Отравляет жернова кишок. И свистят, по всей стране, как осень, Шарлатан, убийца и злодей Оттого что режет серп колосья, Как под горло режут лебедей. Вы помните, Вы всё, конечно, помните, Как я стоял, Приблизившись к стене, Взволнованно ходили вы по комнате И что-то резкое В лицо бросали мне.

Нам пора расстаться, Что вас измучила Моя шальная жизнь, Что вам пора за дело приниматься, А мой удел - Катиться дальше, вниз. Меня вы не любили. Не знали вы, что в сонмище людском Я был как лошадь, загнанная в мыле, Пришпоренная смелым ездоком. Не знали вы, Что я в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, что не пойму - Куда несет нас рок событий.

Лицом к лицу Лица не увидать. Большое видится на расстоянье. Когда кипит морская гладь - Корабль в плачевном состояньи. Но кто-то вдруг За новой жизнью, новой славой В прямую гущу бурь и вьюг Ее направил величаво. Ну кто ж из нас на палубе большой Не падал, не блевал и не ругался? Их мало, с опытной душой, Кто крепким в качке оставался.

Тогда и я, Под дикий шум, Но зрело знающий работу, Спустился в корабельный трюм, Чтоб не смотреть людскую рвоту. Тот трюм был - Русским кабаком. И я склонился над стаканом, Чтоб, не страдая ни о ком, Себя сгубить В угаре пьяном. Я мучил вас, У вас была тоска В глазах усталых: Что я пред вами напоказ Себя растрачивал в скандалах. Но вы не знали, Что в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, Что не пойму, Куда несет нас рок событий Я в возрасте ином.

И чувствую и мыслю по-иному. И говорю за праздничным вином: Хвала и слава рулевому! Сегодня я В ударе нежных чувств. Я вспомнил вашу грустную усталость. И вот теперь Я сообщить вам мчусь, Каков я был, И что со мною сталось! Я избежал паденья с кручи. Теперь в Советской стороне Я самый яростный попутчик. Я стал не тем, Кем был тогда. Не мучил бы я вас, Как это было раньше. За знамя вольности И светлого труда Готов идти хоть до Ла-Манша. Живите так, Как вас ведет звезда, Под кущей обновленной сени.

С приветствием, Вас помнящий всегда Знакомый ваш Сергей Есенин. Ты жива еще, моя старушка? Пусть струится над твоей избушкой Тот вечерний несказанный свет. Пишут мне, что ты, тая тревогу, Загрустила шибко обо мне, Что ты часто xодишь на дорогу В старомодном ветxом шушуне. И тебе в вечернем синем мраке Часто видится одно и то ж: Будто кто-то мне в кабацкой драке Саданул под сердце финский нож.

Это только тягостная бредь. Не такой уж горький я пропойца, Чтоб, тебя не видя, умереть. Только ты меня уж на рассвете Не буди, как восемь лет назад. Не буди того, что отмечалось, Не волнуй того, что не сбылось,- Слишком раннюю утрату и усталость Испытать мне в жизни привелось. И молиться не учи меня. К старому возврата больше нет. Ты одна мне помощь и отрада, Ты одна мне несказанный свет. Так забудь же про свою тревогу, Не грусти так шибко обо мне. Не xоди так часто на дорогу В старомодном ветxом шушуне.

Плачет метель, как цыганская скрипка Плачет метель, как цыганская скрипка. Милая девушка, злая улыбка, Я ль не робею от синего взгляда? Много мне нужно и много не надо. Так мы далеки и так не схожи - Ты молодая, а я все прожил. Юношам счастье, а мне лишь память Снежною ночью в лихую замять. Я не заласкан - буря мне скрипка.

Сердце метелит твоя улыбка. Ты играй, гармонь, под трензель, Отсыпай, плясунья, дробь! На платке краснеет вензель, Знай прищелкивай, не робь! Парень бравый, синеглазый Загляделся не на смех. Веселы твои проказы, Зарукавник - словно снег. Улыбаются старушки, Приседают старики. Смотрят с завистью подружки На шелковы косники. Веселись, пляши угарней, Развевай кайму фаты. Завтра вечером от парней Придут свахи и сваты.

По дороге идут богомолки По дороге идут богомолки, Под ногами полынь да комли. Раздвигая щипульные колки, На канавах звенят костыли. Топчут лапти по полю кукольни, Где-то ржанье и храп табуна, И зовет их с большой колокольни Гулкий звон, словно зык чугуна.

Отряхают старухи дулейки, Вяжут девки косницы до пят. Из подворья с высокой келейки На платки их монахи глядят. На вратах монастырские знаки: Лижут сумерки золото солнца, В дальних рощах аукает звон По тени от ветлы-веретенца Богомолки идут на канон.

По лесу леший кричит на сову По лесу леший кричит на сову. Прячутся мошки от птичек в траву. Спит медведиха, и чудится ей: Колет охотник острогой детей.

Плачет она и трясет головой: Звонкое эхо кричит в синеву: По селу тропинкой кривенькой По селу тропинкой кривенькой В летний вечер голубой Рекрута ходили с ливенкой Разухабистой гурьбой. Распевали про любимые Да последние деньки: Зори пенились и таяли. Все кричали, пяча грудь: Размахнув кудрями русыми, В пляс пускались весело.

Девки брякали им бусами, Зазывали за село. Выходили парни бравые За гуменные плетни, А девчоночки лукавые Убегали,- догони! Над зелеными пригорками Развевалися платки. По полям, бредя с кошелками, Улыбались старики. По кустам, в траве над лыками, Под пугливый возглас сов, Им смеялась роща зыками С переливом голосов. По селу тропинкой кривенькой, Ободравшись о пеньки, Рекрута играли в ливенку Про остальние деньки.

Под венком лесной ромашки Под венком лесной ромашки Я строгал, чинил челны, Уронил кольцо милашки В струи пенистой волны. Лиходейная разлука, Как коварная свекровь. Унесла колечко щука, С ним - милашкину любовь. Не нашлось мое колечко, Я пошел с тоски на луг, Мне вдогон смеялась речка: Не пойду я к хороводу: Там смеются надо мной, Повенчаюсь в непогоду С перезвонною волной.

Ты поила коня из горстей в поводу, Отражаясь, березы ломались в пруду. Я смотрел из окошка на синий платок, Кудри черные змейно трепал ветерок. Мне хотелось в мерцании пенистых струй С алых губ твоих с болью сорвать поцелуй.

Но с лукавой улыбкой, брызнув на меня, Унеслася ты вскачь, удилами звеня. В пряже солнечных дней время выткало нить. Мимо окон тебя понесли хоронить. И под плач панихид, под кадильный канон, Все мне чудился тихий раскованный звон. Поет зима - аукает Поет зима - аукает, Мохнатый лес баюкает Стозвоном сосняка. Кругом с тоской глубокою Плывут в страну далекую Седые облака. А по двору метелица Ковром шелковым стелется, Но больно холодна.

Воробышки игривые, Как детки сиротливые, Прижались у окна. Озябли пташки малые, Голодные, усталые, И жмутся поплотней. А вьюга с ревом бешеным Стучит по ставням свешенным И злится все сильней. И дремлют пташки нежные Под эти вихри снежные У мерзлого окна. И снится им прекрасная, В улыбках солнца ясная Красавица весна.

На проклятой гитаре Пальцы пляшут твои вполукруг. Захлебнуться бы в этом угаре, Мой последний, единственный друг. Не гляди на ее запястья И с плечей ее льющийся шелк. Я искал в этой женщине счастья, А нечаянно гибель нашел. Я не знал, что любовь - зараза, Я не знал, что любовь - чума. Подошла и прищуренным глазом Хулигана свела с ума.

Навевай мне снова Нашу прежнюю буйную рань. Пусть целует она другова, Молодая, красивая дрянь. Я ее не ругаю. Я ее не кляну. Дай тебе про себя я сыграю Под басовую эту струну. Льется дней моих розовый купол. В сердце снов золотых сума. Много девушек я перещупал, Много женщин в углу прижимал. Лижут в очередь кобели Истекающую суку соком.

Так чего ж мне ее ревновать. Так чего ж мне болеть такому. Наша жизнь - простыня да кровать. Наша жизнь - поцелуй да в омут. В роковом размахе Этих рук роковая беда. Только знаешь, пошли их на хер Не умру я, мой друг, никогда.

Пойду в скуфье смиренным иноком Пойду в скуфье смиренным иноком Иль белобрысым босяком Туда, где льется по равнинам Березовое молоко. Хочу концы земли измерить, Доверясь призрачной звезде, И в счастье ближнего поверить В звенящей рожью борозде. Рассвет рукой прохлады росной Сшибает яблоки зари. Сгребая сено на покосах, Поют мне песни косари.

Глядя за кольца лычных прясел, Я говорю с самим собой: Счастлив, кто жизнь свою украсил Бродяжной палкой и сумой. Счастлив, кто в радости убогой, Живя без друга и врага, Пройдет проселочной дорогой, Молясь на копны и стога.

По-осеннему кычет сова Над раздольем дорожной рани. Облетает моя голова, Куст волос золотистый вянет. Полевое, степное "ку-гу", Здравствуй, мать голубая осина! Скоро месяц, купаясь в снегу, Сядет в редкие кудри сына. Скоро мне без листвы холодеть, Звоном звезд насыпая уши.

Без меня будут юноши петь, Не меня будут старцы слушать. Новый с поля придет поэт, В новом лес огласится свисте. По-осеннему сыплет ветр, По-осеннему шепчут листья. Слышны звоны Под копытом на снегу. Только серые вороны Расшумелись на лугу. Заколдован невидимкой, Дремлет лес под сказку сна. Словно белою косынкой Повязалася сосна. Понагнулась, как старушка, Оперлася на клюку, А под самою макушкой Долбит дятел на суку. Скачет конь, простору много. Валит снег и стелет шаль.

Бесконечная дорога Убегает лентой вдаль. Писали раньше Ямбом и октавой. Но ныне, в век наш Величавый, Я вновь ей вздернул Удила. Вино янтарное В глаза струит луна, В глаза глубокие, Как голубые роги. Я ныне вспомнил вас. Да, зимой мы можем увидеть воробьев, ворон, синиц, снегирей, соек. Этих птиц называют зимующими, потому что они зимуют в наших краях. В это время птицам тяжело находить корм, они могут погибнуть, поэтому люди делают для них кормушки, насыпают туда корм: За кормушкой нужно наблюдать издалека, чтобы не спугнуть птиц.

Очень интересно рассматривать следы птиц на снегу, все они разные, и можно определить, какие птицы здесь были. Учить детей различать и называть деревья, понимать, что зимой они находятся в состоянии покоя, нуждаются, чтобы их оберегали; любоваться красотой деревьев в инее или после снегопада.

Зимой деревья находятся в состоянии покоя, отдыхают, потому что очень холодно, мало света, вместо воды - снежный ковер. Когда на улице морозные дни, ветки деревьев и кустов легко ломаются, поэтому их нужно оберегать. Если подсыпать снег под деревья и кусты, то во время таяния он напоит их корни. И мы лопатками подсыплем снег поддеревья. Зимой деревья различают по коре на стволе, расположению веток, плодам, которые остались на дереве.

Очень красивы деревья после снегопада, но веткам тяжело держать много снега. А в инее деревья выглядят сказочно.

Взрослый вместе с детьми рассматривают деревья, хорошо знакомые детям клен, березу, рябину, ель и др. После этого взрослый говорит: Учить детей наблюдать, как наступает ночь зимой, обратить внимание, что она длинная; любоваться, как блестит снег в свете фонарей; находить в небе месяц, звезды. Зимой день очень короткий. Это связано с тем, что солнце светит мало, поднимается невысоко и быстро садится, на улице очень рано темнеет.

Когда зимним вечером мы гуляем, то на улице уже темно и горят фонари. Посмотрите, как красиво блестит снег в свете фонарей. Интересно наблюдать за вечерним небом: Все звезды образуют созвездия, которые имеют интересные названия: К кому он прикоснется рукой, тот замирает на месте до следующей перебежки. Обратить внимание детей на то, что зимой ель, сосна - единственные деревья, которые остаются зелеными, дать объяснение, почему именно так, показать шишки ели и сосны, семена в них.

Ель и сосна - очень полезные деревья, любят песчаную почву. Зеленые они и зимой, и летом, форма листа - игольчатая и называется хвоей. Эти деревья имеют приятный запах. Ствол прямой, покрыт шершавой коричневой корой. Ветки растут густо, внизу они увеличиваются. На ветках и стволе выступает сок - смола, которую называют живицей. В шишках есть семена, ими зимой лакомятся птицы.